ГИТЛЕР В ЯРОСТИ: НЕМЦЫ СМЕЯЛИСЬ над ИС-2, НО он УНИЧТОЖИЛ 10 «Королевских тигров» за 12 минут!

Двенадцать «Королевских тигров» выползают из тумана на просёлочную дорогу. Шестьдесят восемь тонн брони на каждом. Лобовая плита — сто пятьдесят миллиметров стали под наклоном. Их считали неуязвимыми. Тринадцатое августа тысяча девятьсот сорок четвёртого года. Польша. Деревня Оглендув на Сандомирском плацдарме. Это история о том, как три замаскированных советских ИС-два за двенадцать минут превратили колонну новейших немецких тяжёлых танков в горящий металлолом. И о людях, которые это сделали. Сентябрь тысяча девятьсот сорок третьего года. Курская дуга позади. Самое масштабное танковое сражение в истории человечества отгремело шесть недель назад. Красная Армия победила. Перелом войны состоялся. Газеты писали о триумфе. Но в Челябинске — в городе, который к сорок третьему году уже привыкли называть Танкоградом — настроение было другим. Кировский завод. Корпус номер шесть. Испытательный цех. Под потолком — тусклые лампы в металлических абажурах. Пол — бетонный, потрескавшийся, залитый машинным маслом. В центре цеха на деревянных козлах лежит стальная плита. Она прибыла с фронта три дня назад. Плиту вырезали автогеном из борта немецкого тяжёлого танка Panzerkampfwagen VI — «Тигр», — подбитого под Прохоровкой. Толщина — сто миллиметров катаной гомогенной стали. Плиту обстреляли. Результаты лежали на столе рядом — отпечатанные на машинке, с рукописными пометками красным карандашом. Семидесятишестимиллиметровая пушка Ф-тридцать четыре — стандартное орудие танка Т-тридцать четыре. Дистанция пятьсот метров. Результат: вмятина глубиной четырнадцать миллиметров. Рикошет. Дистанция триста метров. Результат: вмятина глубиной двадцать один миллиметр. Частичное разрушение поверхностного слоя. Пробития нет. Дистанция двести метров. Результат: снаряд застрял в плите на глубине тридцать восемь миллиметров. Тыльная сторона не повреждена. Пробития нет. Двести метров. Это расстояние, на котором видны лица людей в смотровых щелях. Это расстояние, которое «Тигр» проходит за двадцать секунд. И на этом расстоянии главное противотанковое орудие Красной Армии не пробивало его броню. Жозеф Яковлевич Котин стоял перед этой плитой, заложив руки за спину. Невысокий. Плотный. Лицо круглое, с глубокими залысинами. Глаза — усталые, но цепкие. Главный конструктор тяжёлых танков Советского Союза. Ему сорок лет. Рядом — его заместитель Николай Леонидович Духов. Высокий, худой, в очках с толстыми стёклами. Духов был теоретиком. Котин — практиком. Вместе они создали КВ-один — первый советский тяжёлый танк, который в сорок первом году немцы не могли подбить ничем, кроме зениток. Но КВ-один устарел. Его пушка — та же семидесятишестимиллиметровая Ф-тридцать четыре, — была бессильна против «Тигра». Котин молчал. Смотрел на плиту. Духов положил на стол папку. В папке — фотографии. Чёрно-белые, зернистые, с полевой проявки. На них — тридцатьчетвёрки. Десятки тридцатьчетвёрок. Сгоревшие. Разорванные. С сорванными башнями. С развороченными бортами.