Андрей НИКОЛЬСКИЙ, "Играй, гитара!". Ленинград, 1987. Блатные, уличные, казачьи песни.

Лучший концерт Андрея НИКОЛЬСКОГО. Блатные песни, уличные песни, лирические песни и казачьи песни. #БлатныеПесни #латняБк #ДворовыеПесни Трек-лист: 01-Что там вдали - 00:01 02-Как прошла заря по кругу - 03:05 03-Из далекой деревни - 05:12 04-Ну играй гитара - 08:51 05-Я так ждал и не верил - 11:28 06-Чудом я успел пригнуться - 12:59 07-Что я хуже чем другие - 16:31 08-Я понял что споткнулся навсегда - 19:40 09-Брось не плачь не надо - 21:38 10-Мокрый снег заплакала зима - 24:14 11-Ты сегодня вовсе не спала - 26:46 12-Синее утро - 29:07 13-Вдруг растаяла вдали - 32:05 14-Площадь, сколько плах стоит - 35:39 15-Вот я думаю проснуться - 37:38 16-Тонет в сиреневом цвете... - 40:41 17-Мне бы песни петь да не тужить - 43:56 18-Васильковая поляна - 45:39 Андрей Никольский родился в 1951 году в Москве. В интервью для книги "Песни, запрещенные в СССР" ("Деком". 2008) он вспоминал: "Мое детство прошло в доме, который сегодня знаменит тем, что там находится театр моды Валентина Юдашкина. Еще дошкольником я с удовольствием включал проигрыватель, ставил пластинки, записанные «на ребрах» и слушал Петра Лещенко. Позднее я сильно увлекся творчеством эмигрантов. ...Я не профессиональный музыкант, хотя закончил когда-то музыкальную школу по классу фортепиано и довольно профессионально владею семиструнной гитарой. Первые песни, написанные для друзей, знакомых, появились в конце 70-х годов, но тогда я еще не помышлял об их записи, популяризации некой. Да и занят был абсолютно иным в жизни – окончил сначала Плехановский институт, потом Академию Внешней торговли и благополучно строил карьеру, работал на Смоленской площади, в Министерстве внешней торговли, выезжал в загранкомандировки. В самом начале 80-х сделал дома, под гитару, первую запись. Поставил магнитофон катушечный «Грюндиг-ТК-46» с реверберацией и вперед. Однажды в 1987 году я по службе прибыл в командировку в Ленинград и там знакомые моих знакомых спонтанно организовали концерт.Он проходил в холле(!) какого-то ДК, собралось столько людей, очень здорово принимали. Пару раз я попытался исполнить свои произведения на официальных мероприятиях, в каком-то ДК или клубе. Помню, спел казачью песню:«Ты прости меня родная, коль себя не сберегу, где умру, я сам не знаю, буйну голову сложу…» После выступления ко мне подходит «товарищ» из отдела культуры, наверное, и говорит: «Что же вы поете? Надо вот так: «Ты прости меня, родная, коль себя не сберегу, где умру, я сам не знаю за… Советскую страну». Бред какой-то, понимаешь! Причем здесь это, вообще… И так было постоянно. На парткоме, когда мои песни дошли до коллег, начальник встает: «Никольский! Ты или работай или песни свои пой!» «Совок» был, что ты хочешь… А вот еще случай – меня направляли по работе в Италию и, как водилось в те времена, я заполнил не одну анкету, прошел несколько согласований на разных уровнях, от месткома до КГБ и, наконец, на финальной беседе с ответственными товарищами один из них заявляет мне: «Да, товарищ Никольский, все у вас, на первый взгляд в полном порядке, нет изъянов в биографии и специалист вы хороший, но… Мы внимательно изучили ваше досье в отделе кадров и обнаружили там один факт, не идущий на пользу репутации советского служащего: «Вы были замечены на похоронах Высоцкого! Причем, по имеющимся у нас материалам, видно, что вы сильно переживали его смерть…» Что я мог ответить на это? Если бы не революция 1991 года, я бы, скорее всего, и не бросил свою работу. Я собирался ехать в Англию в наше тогрпредство на три года, а тут путч и все полетело кувырком. Как раз в это время Миша Шуфутинский спел несколько моих песен и когда он приехал в 1991 году в Москву с гастролями мы познакомились. Потом он меня с Лещенко познакомил и Лев записал целую пластинку моих вещей. Дальше, я был приглашен к Лещенко на день рождения, а там сидит Филипп Киркоров… Вот так все началось. Кстати, тогда же в начале 90-х мне сказали, что мою песню «Сотник» исполняет в концертах Звездинский. Я купил цветы, поехал на его выступление, хотел поблагодарить его, а он спел «Сотника» и не словом про автора не обмолвился. Я обалдел! Миша Шуфутинский, наоборот, и на кассетах указал мое имя и, если я бывал в зале во время исполнения им моего произведения, всегда говорил, - здесь присутствует Андрей Никольский – автор этой песни. А тут такое бесстыдство. Я рассказал об этом моим друзьям, у нас нашлись общие знакомые со Звездинским в музыкальных и иных кругах, он сказал, что ни на что не претендует – это, мол, переписчик ошибся… В ответ я лишь саркастически усмехнулся. С тех пор я все свои произведения (а их уже несколько сотен) регистрирую в РАО. До этого случая я ничего не регистрировал. Так что, нет худа, без добра!" Узнать больше о героях советского андеграунда, а также культуре и музыке русской эмиграции можно на сайте www.kravchinsky.com