«Мясной скот – это возможность делать деньги из воздуха» | Роман Костюк, глава НСПГ

Падение рентабельности основных сельскохозяйственных культур заставляет аграриев искать альтернативные виды заработка. Свободная ниша видится в мясном скотоводстве. На итоговом заседании Клуба агрознатоков глава Национального союза производителей говядины Роман Костюк рассказал, как можно получить от пашни дополнительный доход, когда урожай уже собран. Генеральный партнер мероприятия - ООО «Самит Агро». https://sumiagro.ru/ Федеральный эксперт подтвердил тезис о том, что собственной говядины в России не хватает. Причина такого явления – в том, что в нашей стране главным источником мяса по-прежнему является молочный скот. А его поголовье постоянно сокращается, так как молочные фермы делают ставку на более продуктивные породы (которые позволяют получать больше молока при меньшем поголовье) и используют сексированное семя, сокращая, таким образом, выход бычков. По данным Росстата, в январе 2023 года в России содержалось 17,5 млн голов (на 0,8% меньше, чем в январе 2022 года), из них коров – 7,7 млн (-0,6%). ИНФОГРАФИКА: СОКРАЩЕНИЕ ПОГОЛОВЬЯ Доля коров мясных пород в этом поголовье совсем небольшая – порядка 1,2 млн голов, из которых примерно 450 тыс. голов содержит «Мираторг» и ещё 30 тыс. голов – «Заречное», говорит Роман Костюк. Такое поголовье не обеспечивает потребности РФ в говядине. – Мы завозим из-за рубежа 280-300 тысяч тонн говядины ежегодно. Мясного скота, конечно, у нас не хватает. Чтобы эти 300 тысяч тонн говядины произвести в России, где-то должно появиться 2,5 млн коров. Для содержания 2,5 млн коров нужно 4-5 млн га земли, – сказал эксперт. Где же взять столько пастбищ? Глава Национального союза производителей говядины считает, что для содержания маточного поголовья мясного скота подойдут любые земли. В том числе пашня, с которой только что убрали урожай. Пожнивные остатки могут быть прекрасной пищей для коров. – Вопрос привесов не стоят, вопрос накопления жира не стоит: мясная корова должна быть здоровой фитнес-девушкой, гуляющей по полям и выпаивающей своего телёнка, – объяснил Роман Костюк. По словам эксперта, практика содержания скота на пашне существует во многих странах. – Во всем мире животноводство – это как свинья в домашнем хозяйстве, доедающая растительные остатки за растениеводами. Мясное скотоводство – это не везде откормочные площадки. Это, в первую очередь, маточные стада, гуляющие по пожнивным остаткам, по стерне, и поедающие отходы, возникающие на всех этапах растениеводства... Однажды мы рассчитывали для Узбекистана откормочную площадку на 20 тысяч голов одновременного содержания с четырьмя циклами. В хозяйстве не было ни воды, ни кормов, поэтому они собирались выращивать кукурузу на поливе, и остатками кукурузных стеблей кормить молодняк. Мы посчитали количество зелёной массы, которая остаётся от кукурузы, и пришли к выводу, что скот может жить так четыре месяца – просто потребляя то, что стоит поле. Мясное скотоводство – это технический инструмент, который позволяет все отходы превратить в мясо. И дальше эти «отходы» продавать. Сегодня маржа примерно такая: телёнок, которого в шесть-восемь месяцев вы получаете от коровы, к концу года имеет вес 200-220 кг и на откормочную площадку в центральной части России продаётся по цене от 250 до 300 рублей за килограмм живого веса. То есть фактически вы получаете 15-20 тысяч рублей с одной головы теленка, при том что содержание маточного поголовья – это технически малозатратный процесс. Они должны шарахаться круглый год по вашим полям после уборки и подъедать всё то, что у вас там осталось... Я не призываю вас к инвестициям в мясное скотоводство – это отдельный сложный бизнес. И всем идти в мясное скотоводство смысла нет. Но есть хитрая штука: в США 95 млн коров мясного скота. Как вы думаете, откуда у них еда? Они поедают все, что остается от растениеводства в Штатах, которые хорошо себя чувствуют, производя кукурузу и всё остальное... Роман Костюк привёл в пример Воронежскую области. Когда в 2010 году Алексей Гордеев стал губернатором, в этом субъекте РФ практически не было мясного поголовья. А к 2016 году регион имел уже 100 тысяч голов мясного скота. Появились они очень просто: губернатор запретил забивать выбракованное молочное стадо. Вместо этого хозяйствам стали выплачивать субсидии, за счёт которых они организовывали выгул скота и покрывали их мясными быками. В результате 30% выбракованного поголовья всё-таки уходило на мясо, а 70% оставалось в строю, принося помесный скот для откормочных площадок.