"БЛАГОДАРЮ, НЕ НАДО" Русский романс Бориса Фомина- Яна Грей - Yana Gray

"БЛАГОДАРЮ, НЕ НАДО" Русский романс Бориса Фомина- Яев Грей - Yana Gray Музыка Бориса Фомина Слова Н. Коваля Аккомпанемент - Алексей Зыков. СТАРИННЫЙ РОМАНС "ПОСЛЕДНЕЕ ПИСЬМО"- "БЛАГОДАРЮ, НЕ НАДО" Из репертуара Изабеллы Юрьевой. Запись на пластинку – Ленинградская экспериментальная фабрика, 1946 г., 4э, под загл.: "Благодарю, не надо" Музыка Бориса Фомина ( 1900-1948) Слова Н. Коваля Памяти великих композиторов, поэтов и исполнителей русского романса начала 20-го века. Борис Иванович Фомин – великий русский композитор, автор самых выразительных и знаменитых русских романсов .Родился в 1900 году. Учился в реальном училище и параллельно брал уроки музыки у лучших педагогов. Борису удалось приобщиться к московской артистической жизни, получив место музыканта в "Летучей мыши". В январе 19-го года в девятнадцать лет, он ушел добровольцем на фронт, где он поставит веселую оперетту прямо на платформе вагона. Одним из первых его романсов был "Только раз бывает в жизни встреча» и знаменитая песня «Дорогой длинною», написанная в 1924 году, а также «Эй, друг-гитара» 1928, «Твои глаза зеленые», «Саша» и еще около 300 романсов. В 20-е годы,годы НЭПа, его песни были самыми любимыми и исполняемыми в СССР, их пели на государственных концертах, передавали по радио, затягивали дома. В ту пору Бориса Ивановича называли королем русского романса. Говорят, что многие исполнители, претендовавшие на полный аншлаг у публики, старались не выходить с Фоминым на одну сцену — его обаяние и талант не оставляли никому шансов на равные овации. Якобы по этой причине так ни разу и не пригласил Бориса Ивановича на свои выступления Леонид Утёсов, хотя часто исполнял его песни и даже приятельствовал с композитором. Однако на закате НЭПа, к концу 20-х, начала давать о себе знать сталинская «культурная революция». Появившаяся в СССР Российская ассоциация пролетарских музыкантов (РАПМ) неистово взялась за искоренение чуждых Стране Советов эстрадных жанров. Эта ассоциация стала тем самым «хлыстом», которым советская власть подгоняла интеллигенцию в идеологически-правильном направлении. Началось «выкорчевывание» американского фокстрота, цыганщины, аргентинского танго ставшего русским, а вскоре добрались и до романса. Этот музыкальный жанр был официально запрещен летом 1929 года на Всероссийской музыкальной конференции, которая заклеймила романс как «контрреволюционный хлам». Интересна формулировка, с которой накладывали на романс табу: оказывается он, «наряду с религией, водкой и контрреволюционной агитацией, заражая рабочего нездоровыми эмоциями, играет не последнюю роль в борьбе против социалистического переустройства общества». Особенно тогда досталось как раз Борису Фомину с его романсами. Его оставили без репертуара — все его песни репертуарная комиссия отнесла к разряду контрреволюционных. Остался Борис Иванович и без друзей.В 1937 году Фомин оказался в Бутырской тюрьме, соглашаясь с обвинениями, из которых одно было нелепее другого. Но и в эти страшные годы Фомин сочинял романсы - "Изумруд", "Оглянись".» «Благодарю не надо». Здоровье сильно пошатнулось и в 1948 году, в 48 лет, Фомина не стало. Из письма сестре, Ольге Кротовой перед смертью.. 13 мая 1948. «Теперь всему этому пришел конец. Удар после Зощенко, голодный год, полунетопленная квартира с насквозь мокрыми обоями в обеих комнатах, катастрофическое падение авторского гонорара, простуды за простудами, морально подавленное состояние - все это обрушилось в итоге на единственную мою опору, на последний резерв на левое легкое. Эстрада гибнет, актеров увольняют, концертов нет, покупательная способность на репертуар дошла до смешного. Певица не может заплатить за новую вещь 200 рублей /из них 100 рублей автору слов/. Какие же тут, к чертовой матери, курорты. Легче подсчитать стоимость гроба и автобуса. Герман недавно на мой лирический вальс, чрезвычайно удачный по мелодии, привез подтекстовку из передовицы "Правды", и моя музыка на эти слова стала невероятной пошлятиной. Два вечера он доказывал, что все это обстоит благополучно, два вечера я ему возражал и отказывался заново ложиться под меч рецензента, который снова меня измерзавит. Это стоило мне двух вечеров кровохарканий. Я надеюсь, что последние строки останутся между нами. Зачем мутить воду и требовать невозможного? ”Курц гегэт”, как говорят евреи, короче говоря, ни покоя, ни режима, ни санаторного питания. Попробуй в этом бедламе бросить курить. Маму в Крым усиленно не тащите. Если мне станет хуже и я загнусь без нее, она будет вас обвинять,что Вы не дали ей побыть со мной. Пусть решит сама. Если она скажет мне, что решила ехать к тебе, я не смогу силой заставить ее остаться. Устал писать. Крепко вас обнимаю и целую. Неизвестно, как повернется жизнь, может быть, неожиданно найдут средство убить "кохи"(туберкулез) и тогда я с моими остаточками смогу проскрипеть десяток лет. Пришлю вам слова моих новых хороших двух песен. Ваш Борис Фомин." 13 Мая,1948 года. из книги Елены Уколовой и Валерия Уколова «Счастливый неудачник»