У посёлка N-ского // Очень трогательный стих // Ангелина Фомина

Аудио можно слушать в нашем Telegram канале - https://t.me/poeticlines Рассказывает - Ангелина Фомина Музыка - Виталий Русавук Съёмка - Павел Гирский Монтаж - Эдуард Прокопчук Звук - Денис Варакса У поселка Энского, на опушке леса Есть могилка детская, холмик небольшой, И над той могилкой всю весну и лето Белая берёзка шелестит листвой. К ней тропинка узкая через поле вьётся На пути протоптанном - не растёт трава, Уж давно сердечко детское не бьётся, Но в народной памяти девочка жива. В лето 41-го все дышало зноем, От жары и засухи травы полегли, Где- то там на западе громыхали боем На сторонку милую вражьи орды шли. Церкви христианские день и ночь молились, От молитв стенающих колебалась твердь, А над Белоруссией - чёрной стаей вились Самолёты вражьи, сея боль и смерть. Испытаньем огненным проверялась вера Дух и плоть мгновеньем яростным сошлись, А к сердцам слабеющим тяжело и серо, Подползал предательский жалкий страх, за жизнь. Так в одном собрании шло служение Богу, Церковь преклонённая пред Христом была, Возносили слёзную к небесам тревогу- За судьбу отечества боль в сердцах легла. В доме, как и прежде всё: Проповеди братьев, старенькая кафедра, Скамьи и цветы, На стене картина - Господа Распятие, Как напоминание смотрит с высоты. Где- то за околицей загремели взрывы, Били автоматами, пулемет стучал, Танки с черной свастикой Проползли над взрывом И чужой на улице говор зазвучал. В дом, где шло собрание, дверь резко распахнулась В касках с автоматами - немцы ворвались, Офицер к собравшимся, ломано но веско Молвил не двусмысленно: «Хочет кто - молись!» Церковь им ответила гробовым молчанием… И тогда распятие со стены сорвал, Бросил его под ноги И как испытание на Святыню Божью- Плюнуть приказал: «И кто на распятие плюнет - может выйти, Остальных немедленно тут же расстрелять» И тогда послышалось: «Это ж не Спаситель, А рук человеческих дело, так сказать» И пошла убогая, та душа к порогу. И плевок увесистый осквернил Христа, Расступились вороги дав ему дорогу, В их глазах презрения огонек сверкал. А за ним со вздохами потянулись люди, Создавая очередь и толпясь в дверях. Сколько искалеченных здесь явилось судеб, Годы, проходившие в Дом Молитвы - зря. Так осиротевшею маленькою кучкою Сжавшись в круг пресвитера - горстка христиан, С ужасом смотревшие как одни из лучших, В прошлом добрых, ласковых, Спешно шли к дверям. Вдруг толкая очередь, к брошенной картине Подбежала девочка, лет шести В слезах, подхватила на руки Божью Святыню, От плевков отёрла и забыв свой страх… «Иисус родименький, даже в Твоём доме Над тобой ругаются и в лицо плюют» И тихонько плакала… В этом детском стоне- Стон Иисуса слышался, будто Его бьют. Ей ответил коротко выстрел пистолета, Жизнь ещё не жившую сердце оборвал И тогда тихонько, словно Кровь Завета, алый по распятию ручеёк стекал, Тельце обессиленно на бочёк склонилось, Из груди горячая кровь лилась ручьём, Сердце шестилетнее в той груди, не билось «В чем же виновата ты, ну скажи мне в чем?» Мать к ребенку бросилась: «Доченька родная, Боже что твориться здесь?» Крикнула сквозь плачь. Пистолет дымившийся, в кабуру толкая, Дрогнул, в сердце каменном, даже и палач. Все в оцепенении ужасом объятые Смотрят на убитую девочку в дверях, И ушли понурившись, грубые солдаты- Никого из церкви, так не расстреляв… Братья, сестры посмотрим сегодня На то состояние в том, в каком мы есть Может, приугасла сила в нас Господня И светильник наш перестал гореть. Что мы будем делать во время испытаний Когда выбор веры будет стоить жизнь Когда нужно будет претерпеть страданья Иль отдать имение, что имеем мы. Нам бы так хотелось, чтоб все верны были Чтобы все Иисусу сразу отдали. Но кому мы верно сердцем отслужили-Богу иль имению, иль себе самим? Так пусть все, что мы имеем, посвятим мы Богу И послужим верно искренно Ему, Изберем ту верную, узкую дорогу И войдем в святую вечную страну.