Немцы думали, что они в аду, но эт о была Катюша — правда о первом применении БМ-13 "Катюша"

Грузовик ЗИС-пять стоит на опушке. На платформе — шестнадцать направляющих смотрят в небо. Четырнадцатое июля тысяча девятьсот сорок первого года. Орша. Белоруссия. Капитан Александр Васильев кладёт руку на рычаг пуска. Это история о том, как семь секунд огня изменили представление немцев о советском оружии навсегда. Четырнадцатое июля тысяча девятьсот сорок первого года. Шесть часов утра. Лес в двадцати километрах от Орши. Капитан Александр Васильев стоит рядом с грузовиком ЗИС-пять и смотрит на направляющие. Шестнадцать стальных рельс торчат под углом сорок пять градусов. На каждой — снаряд РС-восемьдесят два. Метр тридцать два длиной. Восемнадцать килограммов боевой части. Васильев курит махорку. Дым щиплет глаза. Руки не дрожат. Он командир первой экспериментальной батареи реактивной артиллерии. Семь установок БМ-тринадцать. Сто двенадцать снарядов готовы к залпу. Позади — двадцать три дня войны. Впереди — железнодорожный узел Орша. Немецкие эшелоны с боеприпасами и топливом стоят на путях. Старший сержант Кузнецов подходит сбоку. Докладывает шёпотом. Разведка подтвердила. Эшелоны на месте. Охрана минимальная. Немцы не ждут удара. Васильев кивает. Смотрит на часы. Шесть тридцать. Через час начнётся. Он вспоминает полигон под Москвой. Май тысяча девятьсот сорок первого. Испытания новой системы. Маршал Тухачевский стоял рядом с конструкторами. Первый залп БМ-тринадцать разорвал тишину. Шестнадцать огненных хвостов полетели к цели. Семь секунд. Мишени перестали существовать. Тухачевский улыбался. Говорил о будущем реактивной артиллерии.